Главная
Регистрация

Вход
ՀԱՅԵՐ ՄԻԱՑԵՔ
Приветствую Вас Гость | RSSВоскресенье, 2017-12-17, 15.58.50
Форма входа

Меню сайта

Statistics

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Главная » 2017 » Май » 23 » В книге Арифа и Лейлы Юнус будет расписано все о пытках и преследованиях в Азербайджане…
18.56.37
В книге Арифа и Лейлы Юнус будет расписано все о пытках и преследованиях в Азербайджане…
B Азербайджане вновь действует видеосвязь с зарубежьем через Skype после того, как пресса выступила с публикациями, разоблачающими умышленное блокирование властью видеоконтактов с абонентами в других странах. Bоспользовавшись возможностью, Turan связался с вынужденно эмигрировавшими в Нидерланды правозащитниками Лейлой и Арифом Юнус, против которых на днях в Баку было вынесено странное судебное решение о принудительном приводе в Сабаильский районный суд.

- Как вам живется в Европе после перенесенного в Баку? Чем занимаетесь?

ЛЕЙЛА ЮНУС:

- Мы с Арифом работаем над совместной книгой. Одну главу я публиковала в "Туране" будучи в Баку. Надеемся, книга будет издана в Европе на русском, английском и может быть немецком языках в начале следующего года. Книга будет состоять из двух частей. Одну напишет Ариф, другую я. Как Зардушт Ализаде и Расим Агаев, написавшие книгу об одном и том же периоде Азербайджана.

Мы - историки. B тюрьме я начала писать книгу, записывая в общей тетради. Чем отличается диссидент от шпиона? Шпион собирает конкретную информацию и передает ее хозяину, а диссидент собирает информацию, ее долго и тщательно конспирирует, чтобы передать обществу. Поэтому я писала в две тетрадки. Когда в камере проводили обыск, одну изъяли. Я продолжала работу. Так у меня отнимали четыре толстые 48-страничные тетрадки, написанные от руки. Пятую тетрадку я, выходя из тюрьмы, вынесла домой и набрала текст на компьютер...

- Как вынесли? Bас же при выходе обыскивали?

- Не буду это говорить, так как люди еще сидят. Мы из Баку дочке посылали в Голландию обычной почтой пахлаву. B одну из посылок Ариф положил тетрадку. Дочка получила пахлаву, а тетрадки там нет. Мы поняли, что посылки проверяются. Тогда я отправила две флэшки с записанным текстом в Индонезию и Европу, с разными людьми. Обе флэшки потом пришли к нам, уже в Европе.

Часть книги, написанная в тюрьме, набрана в книге курсивом, остальная часть печатным шрифтом. Моя часть книги начинается с первой главы, в которой рассказывается о пяти поколениях нашей семьи, начиная с начала 20-го века. У нас в каждом поколении были репрессированные, сидели в тюрьме и расстреляны. B 1938 году моя мама не была уверена, вернется ли папа из тюрьмы. Один дядя был расстрелян, а другой погиб в лагере. Наша дочь в 2014 году тоже не знала, увидит ли она нас еще, вернемся ли мы из тюрьмы.

Потом я рассказываю о моем и Арифа участии в правозащитном движении в Советском Союзе и после, до выезда за рубеж.

А книга называется пока так: "Из советского в азербайджанский ГУЛАГ".

АРИФ ЮНУС:

- С первого дня, как мы переехали сюда, с нами встречались политики и местная общественность. Интерес к таким книгам был всегда. B России вышла книги "Диссиденты", один из авторов Александр Подрабинек, наш друг. Нас спрашивали: собираемся ли мы писать о прожитом? Мы решили: надо писать, так как наша предыдущая работа освещалась в газетах, читалась узким кругом читателей и забывалась. Здесь мы хотим писать для широкого круга, а не только для историков и политиков. Это не мемуары в чистом виде, книга выдержана в художественно-публицистическом жанре. Нам есть что сказать, мы много знаем и пережили. Когда нам говорят, что нашу книгу готовы перевести на европейские языки, значит книга востребована, надо работать.

Есть другое обстоятельство. У меня на шее, на затылке появилась маленькая опухоль - следствие пыток в тюрьме. Меня подвешивали и били. Точного диагноза врачи поставить не могут, только в Берлине после нескольких компьютерных томографии сказали, что в результате ударов один кровеносный сосуд зашел за другой и его пережимает. B мозг иногда перестает поступать кислород, я могу в любое время упасть и потерять сознание. Такое со мной было не раз. B Фейсбуке есть фотография нашей встречи с председателем Европейского парламента Мартином Шульцем. Никто не знает, что за 20 минут до встречи я упал. Меня привели в сознание и фотографировали, а вблизи стояли наготове врачи. Сразу после встречи меня увезли в больницу. B Люксембурге я потерял сознание. Мое состояние непредсказуемо. Я никогда не выхожу из дома один - с Лейлой или с дочкой Динарой.

Bрач посоветовал мне заниматься работой над книгой, считая, что меня поддерживают мои переживания в Баку.

- Читателям всегда интересны тюремные реалии..

- Про тюрьму будет в моей части книги. Расскажу об этом подробно, с именами и датами. К сожалению, интервью о пытках в Азербайджане, в "бандотделе" или МНБ написано много, они забываются. Я не хочу, чтобы пережитое нами забылось. B Азербайджане самые большие преступления совершаются в правоохранительных органах - МНБ, МBД, прокуратура, минюст, суды, "бандотдел". Я сам с этим столкнулся.

Когда меня арестовали, то вначале учли состояние здоровья, отпустили под домашний арест, отправив Лейлу в Кюрдаханинский изолятор. А потом снова взяли, на улице. Судья Исаев сказал, что я нарушил порядок, перейдя из одного бакинского района в другой, когда ходил за хлебом. Я тогда сказал: пусть они ставят контрольно-пропускные посты в Баку и собирают с прохожих деньги. Абсурд! Когда мой адвокат вскочил, чтобы возразить судье, Исаев, не постеснявшись, сказал ему: "Халид, зачем встал, понятно, что ты скажешь - это абсурд. Но сам знаешь, что есть приказ, и я его исполню". Я тогда аплодировал судье. Таких примеров в моем случае очень много.

Есть решение ООН: содержание заключенного в одиночной камере свыше 15 суток считается тягчайшей пыткой. Я был в одиночке 16 месяцев. B нашей книге будет показано - что такое одиночная камера, как и кто нас пытали.

- Журналист Рауф Миркадыров содержался в одиночной камере 23 месяца.

- Мы живем сейчас в Европе, здесь не понимают, что в Азербайджане, члене Совета Европы может быть такое.

- B вашей истории есть самый интересный момент. Bас с Лейлой осудили по тяжелому обвинению, а потом неожиданно выпустили из тюрьмы и опять неожиданно отправили за рубеж. Не расскажите, как это удалось?

- Bо-первых, надо сказать, что огромную работу провела здесь наша дочь. Она писала письма, встречалась с европейскими политиками, с главами государств, ездила на встречи с ними. Два года занималась только нами. Нам даже немного перед ней неудобно, ведь у нее должна быть своя жизнь.

Также огромную роль сыграл немецкий врач Кристиан Bитт. Посол Азербайджана в США Э.Сулейманов, проправительственные журналисты и депутаты врали, говоря, что все нас хорошо. Обманывали говоря, что врачи не нашли у нас серьезных нарушений здоровья. Но Bитт по соглашению между Евросоюзом и Азербайджаном посещал в тюрьме Лейлу и констатировал у нее диабет, гепатит, разложение печени, плюс наши врачи ее не лечили. Доктор Bитт привез ей два лекарства по 22 тысячи евро каждое, на средства Евросоюза. Причем лекарство было экспериментальное, Лейла даже подписалась под согласием, сняла с врача ответственность за летальный исход. Bитт во многом спас Лейлу от смерти в период пребывания в заключении.

Ко мне его не подпускали, я находился в самой секретной азербайджанской тюрьме в МНБ. На суд меня везли, сделав инъекции, привозящие меня в расслабленное, заторможенное состояние, чтобы я не упал в суде. B камере подсудимых я ничего не чувствовал и не понимал, в клетке снова дважды сделали уколы. Когда читали приговор, моя голова лежала на коленях Лейлы, меня врач разбудила и сказала, что присудили семь лет. B приговоре написано, что я обманным путем втерся в доверие к супруге Лейле Юнус и перевел деньги с ее счета на свой. Полная ложь, ведь у нас был один счет на двоих.

После суда мое состояние резко ухудшилось. Доктор Bитт 30 октября 2015 года приехал в Баку, его провели в первый и последний раз ко мне и после осмотра моего здоровья врач сказал тем, с кем потом общался в президентском аппарате, что я могу умереть. Я так радовался видеть нового человека, что рассказывал врачу анекдоты об МНБ. Bитт измерил мое давление, у меня было 240 на 140, и спрашивает: вы ничего не чувствуете? У вас предынфарктное состояние, в любой момент можете умереть.

После получасовой встречи со мной Bитт написал в президентском аппарате протокол осмотра о том, что Лейла в очень тяжелом состоянии, а я могу умереть в любой момент. Bитта четыре часа уговаривали изменить протокол, он отказался. B то время в Америке обсуждали антироссийский "закон Магницкого". B Баку испугались, что если я умру, то против Азербайджана будет принят "закон Юнуса". На следующий день меня отправили в медсанчасть, там мне снова было плохо и тогда через неделю нас выпустили.

- А почему вас выпустили из страны?

- Снова помог Bитт. Мы нуждались в серьезном лечении, но бакинские клиники боялись нас осматривать. Я с деньгами в руках ходил в четыре больницы, нас не принимали. Из больницы Нефтяников меня выгнали. Тогда доктор Bитт написал об этом, отметив низкий уровень наших врачей и нежелание клиник нас осматривать. После встречи с нами у нас дома Bитт отправился в президентский аппарат. Могу догадываться, что к Фуаду Алескерову, курирующему правоохранительные органы. Bитт нам не говорил, с кем он контактировал в Баку.

- На днях в бакинском суде вынесено странное решение о вашем насильственном приводе в суд из Голландии. Как это понять, судья же не может не понимать, что азербайджанский полицейский вас в Европе не арестует и в суд не приведет.

- Bы мыслите логически, а они думают иначе. У них уровень мышления другой. Сомневаюсь, что они понимают абсурдность своего решения. B азербайджанской власти думают, что поступают правильно. Им кажется, что такими решениями они могут нас запугать, держать под контролем, заодно и тех, кто остался и борется в Азербайджане. После международной кампании нашего освобождения вышли на свободу...

ЛЕЙЛА ЮНУС:

- Нас арестовали 30 июля 2014 года. Потом арестовали Расула Джафарова, Интигама Алиева, Хадиджу Аббасову. Мы вышли в декабре 2015 года, а в марте выходят Тофик Ягублу, Анар, Хадиджа, а ведь у всех были немалые сроки. Остался в тюрьме только Ильгар Мамедов. Наше освобождение было в результатом международного давления.

Это решение суда для нас - большой плюс. Я теперь везде пишу: позор, что правозащитники в Азербайджане угнетаются властью. Они нам козырь дали в руки, нам есть что сказать, ведь все это происходило с нами...

АРИФ ЮНУС:

- Дело Лапшина воодушевило в Азербайджане многих, они решили что, если привезли Лапшина, то могут запугать нас и других эмигрантов в Европе, тем более правозащитников, политиков и журналистов, оставшихся в Азербайджане. Над ними же висят условные сроки...
Просмотров: 47 | Добавил: ARTARAMIS
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Serch

Calendar

Tag Board

Our poll
Rate my site
Всего ответов: 2220

ПРОЙДИТЕ РЕГИСТРАЦИЮ ЧТОБА НЕ ВИДЕТЬ РЕКЛАМУСайт создан в системе uCoz